Заметки настоятеля | Храм иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость»

Заметки настоятеля

14 октября 2011

...Их было двое. Две женщины в цветастых платках, одетые с той
неописуемой особенностью, которая сразу заявляет о себе: «Провинция!».

Отслужил с утра. Работаю у себя в кабинете, в храме. Пишу
бесчисленные, неотвратимые и бесконечные бумаги в бюрократические
инстанции. Звонок из свечной лавки в храме:

«Отец Вячеслав, Вас спрашивают какие-то женщины».

Не без усталости и раздражения: «Что за женщины?» – «Не знаю, какие-то приезжие». – «Хорошо, сейчас выйду».

Встаю, вздыхаю и иду. Уже знаю предмет разговора и просьбу.
Приезжие, на вокзале украли документы, денег нет на обратный проезд,
единственный логичный выход – проехать в Скорбященский храм, находящийся
за тридевять земель от всех городских вокзалов, и выпросить денег у
незнающего, как свести концы с концами (в их интерпретации: куда их,
деньги, девать), настоятеля...

Поток таких просителей в течение дня постоянен, постоянны и суммы,
необходимые на «обратный билет». Это или 245 рублей, или 822 рубля или
1546 – в зависимости от запросов. Прежде чем дать эти деньги просителям,
моя дополнительная обязанность – выслушать пятнадцатиминутную легенду
(«У вас есть минут семь выслушать меня?») и заверения в немедленном
возвращении денег почтовым переводом, «как только вернемся домой».
(«Будьте добры, напишите почтовый адрес храма, только индекс укажите,
пожалуйста».) Опыт таких встреч должен меня убедить, что у каждого
бродяги, мошенника и авантюриста, заехавшего в Питер, «дома в заначке»
лежат 50, 100, а то и 200 долларов... Не надо много говорить о том, что
никто никогда и нисколько денег мне не возвращал.

«Да, здравствуйте, слушаю Вас». Внимательно, но незаметно
разглядываю: лица обветренные, руки неухоженные, ногти черные, лица – со
следами вокзальных передряг и немытости, следов алкоголя на лице и в
дыхании нет.

По ходу дела покорно выслушиваю: «Паломницы мы. Были в Н-ском,
М-ском, О-ском и П-ском монастырях...» («Господи, мне бы хоть куда
съездить... Но – сапожник, должен быть без сапог...»)

«Да-да, я слушаю Вас. Нет, не был. Времени нет поехать. Да и путь не
близкий. Нет, в отпуске не был. Нет, паломническую службу не
организовали еще».

Ну, когда же про деньги и обратный билет начнут? Ага, вот оно:

«У нас денег совсем мало осталось, нам бы до дому доехать, а живем
мы далеко – с Украины приехали». Готовлюсь к обороне и защите
содержимого церковных кружек, как вдруг громом с ясного неба:

«Вот мы записочки Вам написали... Молитесь о единстве Украины и
России. Мы так все переживаем там, всем стыдно за политиков, невозможно
Украине без России. Все простые люди понимают это, а в Киеве...»

Рассеянно просматриваю записки. Начинают с Блаженнейшего. Длинный
список батюшек. Много монашествующих – значит действительно
паломничали... Длинный ряд Петров и Меланий... Окончательно сражает
меня: «Вы уж извините, рублей у нас не осталось совсем. Примите уж что
есть. Помолитесь, пожалуйста, и благословите нас...»

Вот тебе и провинция, вот тебе и просители, вот тебе и глас народа, и, воистину, Юрьев день...

Суют мне в руки мятую бумажку достоинством в гривну и, приняв от
меня, ошеломленного, благословение, выходят, крестясь, из храма...

+ + +


Я ее хорошо знаю. Работает напротив, в бизнес-центре. Иногда вижу
ее, голосующую в ожидании маршрутки, у храма. В наш храм она заходит
часто после работы. Однажды пришла в сопровождении своих друзей – таких
же молодых, красивых и благочестивых, как и она… Вчера она зашла снова.
Ходила от иконы к иконе, молилась, плакала. Я знаю, почему. Она –
грузинка.

… Деловито, почти радостно прозвучало резюме президента: «Дело идет к
военному вмешательству». Господи, когда они навоюются? Им все еще мало
Чечни и всего остального...

… Около храма – маленький цветочный магазин. Хозяйка – грузинка. Она
ходит в наш храм, предпочитая его грузинскому приходу. Когда я захожу к
ней в магазин, она всегда очень радуется и готова продать мне любой
букет за полцены…

… Я подошел и молча, взглядом, спросил: «Что случилось?». Она, целуя
мне руку, задержала ее в своей и сказала: «Его не выпустили на свежий
воздух. У него астма была. Он умер в аэропорту…» Я читал газеты и знаю, о
ком это она…

Я молча пошел в пономарку, вынес и поставил рядом у амвона на аналоях иконы соборов Петербургских и Грузинских святых…

Сегодня большая грузинская семья пришла и крестила несколько своих
детей в нашем храме. Еще молимся… о мире всего мира,… соединении всех,… о
временех мирных….

ГОСПОДИ, ПОМИЛУЙ!