Неделя 20 по Пятидесятнице | Храм иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость»

Неделя 20 по Пятидесятнице

16 октября 2015

Апостольское чтение (Посл. к Галатам 1:11–19. – 200 зачало)

[Павел получил апостольский дар от самого Христа]

11Знайте же, братья: Евангелие, которое я
возвестил вам, – не вымысел человеческий. 12Ведь и меня научил ему не человек, и принял я его не от
какого-то человека, но через откровение Иисуса Христа.

13 Вы, конечно, слышали о моей прошлой жизни в иудей­стве:
о том, что я со всею жесто­костью гнал Церковь Божию, разорял её 14и
превосходил в иудействе многих ровесников из моего народа, потому что
беспредельной была моя ревность об отеческих преданиях.

15Но когда Бог,
избравший меня еще во чреве моей матери[1] и
призвавший меня благодатью Своею, соблаговолил 16открыть во мне Сына
Своего, чтобы я возвещал
Евангелие о Нем среди язычников, – я не стал
тотчас советоваться с плотью и кровью[2] 17и
не поднялся в Иерусалим к тем, которые стали апостолами
до меня, но ушел в Аравию, и снова вернулся в Дамаск.

18Только потом,
спустя три года, я поднялся в Иерусалим, чтобы познакомиться с Кифой (Петром),
и пробыл у него пятнадцать дней. 19Из других же апостолов никого,
кроме Иакова, брата Господня, я не видел.

(Русский
перевод архим. Ианнуария)



[1] Здесь Павел сравнивает себя с великими библейскими пророками, получавшими право совершать свое служение непосредственно от Самого Бога (см. Исайя 49:1; Иеремия 1:5). Никакое благословение (или «рукоположение») от иерусалимского первосвященника им уже не требовались. В настоящее время, когда любое иерархическое служение правомочно лишь после преподания благодати в таинстве Священства (хиротония или хиротесия от архиерея), подобное «внеличностное рукоположение» для церковного христианина (православного или католика) в принципе невозможно. (В ответ на это «харизматичные» протестанты, стремящиеся возродить принципы христианской жизни апостольских времен, справедливо указывают, что «Дух дышит, где хочет» – Иоанн 3:8, и что сила Его такова же, как и во времена апостолов). Исключение у нас составляет особое служение юродивых (в том числе женщин), пребывающих вне иерархической лестницы священно-церковнослужителей.

[2] То есть «с людьми». Библейское выражение «плоть и кровь» (или «тело и кровь») означает «человек», «личность». Именно в таком смысле Христос говорит на Тайной вечере о таинстве Своего «тела» и «крови», – то есть о таинстве теснейшего общения с Ним Самим, живущим в Церкви, воскресшим Богочеловеком. К сожалению, популярная традиция, связанная с забвением библейских реалий, трактует эти слова абсолютно неверно – в духе «гомеопатического» лечения, что дает повод (основанный лишь на невежестве) обвинять христиан в сохранении ими – в «завуалированной», «символической» форме – древнего каннибализма. (Но это – особая тема.) 

 

Евангельское чтение

Евангелие от
Луки 6:31–36. – Зачало 26

[О любви к врагам]

[Сказал Господь:] Как вы хотите, чтобы люди поступали
с вами, – так и вы поступайте с ними.

Если вы любите тех, кто любит вас, – то какая у вас
[перед Богом] заслуга? Ведь и грешники любят тех, кто любит их. И если будете
делать добро тем, кто вам делает добро, – то какое вам за это вознаграждение? И
грешники делают то же самое. И если вы делаете одолжения тем, от кого надеетесь
получить, какая у вас заслуга? Ведь и грешники дают взаймы грешникам, чтобы те
им отплатили соразмерно.

Нет! Но вы любите врагов ваших; и творите добро, и
давайте взаймы, не надеясь, что вам
отплатят! Тогда будет награда ваша изобильна, и вы будете детьми Всевышнего,
потому что Он добр к неблагодарным и злым.

Итак, станьте же отзывчивыми (милосердными), как
отзывчив (милосерден) ваш Отец!

 

–™˜——

 

Митрополит Сурожский
Антоний (Блум)

О христианской
любви

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

В сегодняшнем евангельском чтении Христос говорит о
христианской любви не общими словами, а конкретно и очень просто и доступно. Любовь делается христианской, Божественной, только
тогда, когда любящий человек забывает себя. Разумеется, забыть себя до конца
дано лишь святым
. Но любить, не ища награды, не прося, не требуя, не
вымогая любви за любовь, не вымогая благодарности за её проявление, – это общее
начало христианской любви
.
Она расцветает в любовь Христову тогда,
когда свободный дар любви достигает не только любимых (это умеют делать
все), но и нелюбимых, тех, кто нас ненавидит, кто нас считает чужими и
врагами. Если
мы не можем нашу любовь распространить на наших врагов, – это значит, что мы
помним только себя
, и все наши чувства и действия питаются ещё не
преображенным
челове­ческим сознанием, находящимся вне Христовой тайны. Мы призваны любить щедрым сердцем, а
щедрость, даже природная, заключается в том, что человек жаждет давать! При
этом он ликует, когда может отдать не только ненужное, но самое драгоценное; а
в конечном итоге – свое сердце, свою мысль, свою жизнь. Увы! Мы не умеем любить! А ведь
вся наша жизнь – это школа любви
, или, наоборот, – страшное бремя тёмного,
холодного отчуждения
от Божественной любви.

И Христос учит нас пути любви. Он говорит: «Каждый раз,
когда на пути любви я помню лишь о самом себе, каждый раз, когда я встаю
преградой между искренним движением моего сердца и внешним действием, я должен
обратиться к себе самому со словами: «Отойди от меня, сатана» (Марк
8:33), – потому что ты помышляешь о земном, а не о небесном... Каждый раз, проявляя любовь и требуя ответной любви и благодарности за благодеяния, я должен обратиться к Богу со словами: «Прости, Господи, я осквернил тайну Божественной любви...» Каждый раз, когда в ответ на чужую ненависть и клевету, на отвержение и отчуждение я замкнусь и скажу: «Этот человек мне чужой, он мне враг», – я должен знать, что для меня самого закрылась тайна любви. Я – вне Бога, я – вне тайны человеческого братства, я – не ученик Христов.

Таков этот неимоверно трудный путь христианской любви. И Христос не напрасно говорит, что путь в Царство Небесное – узкий, что врата в это Царство – узки: так узок этот путь, так требовательна заповедь Христова, – онабеспощадно требовательна, потому что относится к области любви, а не закона. Закон определяет нам правила жизни, но он всегда где-то кончается, и за этим пределом мы от него свободны. Любовь же не знает предела: она требует нас до конца, всецело. Мы не можем согреться только какой-то частью души; если мы это допустим – то мы потухнем, охладеем. Мы должны запылать всем нашим сердцем, и волей, и телом  и превратиться в купинунеопалимую– в тот куст, который видел Моисей в пустыне. Этот куст весь пылал, но в то же время не сгорал.

Так и человеческая любовь: когда она не освящена Божест­венной тайной – то поедает самоё себя. А Божественная любовь горит и превращает всё в живое пламя, но при этом не питается тем, что горит. В этой Божественной любви сгорает всё, что не может жить вечно, а остается чистый и светлый огонь. Это пламя делает человека Богом: так Ветхий Завет прообразует – и Христос утверждает.

Будем же учиться этой любви – учиться ценой пожара любви, ценой отвержения себя самого, ценой самопожертво­вания. И только тогда мы сможем сказать, что мы действительно стали учениками Христа! Аминь.

28 октября 1973 г.

Фото В. Нифонтова