Неделя 13 по Пятидесятнице | Храм иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость»

Неделя 13 по Пятидесятнице

16 сентября 2016

________________________________________________________________________________________________________

Апостольское чтение на Литургии

 

(Первое
Послание апостола Павла к Коринфянам 16:13–24.
– Зачало 166)

[Заключительные увещания и приветствия коринфянам]

[Братья,]
бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, укрепляйтесь. Пусть всё у вас
осуществляется (делается) в любви.

Братья!
Вы знаете, что дом Стефана – начаток
Ахайи, и что все его домашние посвятили себя служению святым[1].
Прошу же вас: подчиняйтесь им и всякому [их] помощнику и соработнику. Я рад
прибытию Стефана, Фортуната и Ахаика; они восполнили мне ваше
отсутствие: ведь они успокоили мой дух и ваш. Признавайте же их!

Приветствуют вас Церкви Асии. Приветствуют вас в Господе особенно Акила и Приска (Прискилла) вместе с
церковью, собирающейся в их доме (или: с домашней их церковью). Приветствуют
вас все братья. Приветствуйте друг друга святым поцелуем. Приветствие моей,
Павла, рукой[2]. Если
кто-нибудь не любит Господа [Иисуса Христа] – пусть будет анафема. Марана фа [маран афа][3]. Благодать Господа Иисуса
[Христа] – с вами. Любовь моя со всеми вами во Христе (Мессии) Иисусе. [Аминь.]

 

Евангельское
чтение на Литургии

(Евангелие от Матфея 21:33–42.
– Зачало 87)

[Притча о злых виноградарях]

(Сказал Господь такую притчу:)

«Был некий домохозяин, который насадил
виноградник, и обнёс его оградой, и выкопал в нем давильню, и построил
сторожевую башню, и сдал его внаём виноградарям, и удалился. Когда же настало
время собирать урожай, он послал своих рабов к виноградарям востребовать свою
долю урожая; но виноградари схватили слуг его, и кого прибили, кого убили, а
кого и камнями побили.

Опять послал он новых рабов,
больше чем в первый раз; но и с ними поступили так же.

Напоследок послал
он к ним своего сына, рассуждая: "Уж сына-то моего они постыдятся!"
Но виноградари, увидев сына, сказали
друг другу: "Это наследник; давайте убьем его и завладеем наследством
его". И они схватили его, и вывели вон из виноградника, и убили. Итак,
когда вернётся хозяин виноградника, что сделает он с этими виноградарями?»

Они говорят Ему: «Предаст злых
злой кончине, а виноградник вверит другим виноградарям, которые будут отдавать
ему урожай в должное время». Говорит им Иисус: «Неужели вы никогда не читали в
Писании: "Камень, что отвергли
строители, он-то и лег во главу угла; от Господа произошло это, и удивительно в
очах
наших"?» (Пс. 117:22–23)

[Этот читаемый в храме евангельский фрагмент не имеет логического
завершения, а именно в нём заключён конкретный смысл притчи и дано нравственное
приложение. Далее в тексте Евангелия от
Матфея читаем: «Потому говорю вам: "Царствие Божие будет отнято у вас и
вверено тому племени, что приносит плоды Царствия. И кто падёт на камень этот,
разобьётся; а на кого он падёт, того обратит во прах". И услышав притчи
Его, первосвященники и фарисеи уразумели, что Он говорит о них, и желали Его
схватить, однако страшились народа, потому что народ почитал Его за пророка»
(ст. 43-46)].

Протоиерей Александр Мень

ПРИТЧА О ЗЛЫХ ВИНОГРАДАРЯХ

Во имя Отца и
Сына и Святого Духа!

Сегодня Церковь вновь напоминает нам притчу
Христову о винограднике – самую печальную притчу, самую горькую, рисующую нам
жестокую правду о человеческом роде. Эта притча о том, как Господь стучится к
людям, ждет, что они отзовутся, посылает Своих вестников и посланников. Но люди
не желают их принять, не желают слушать, восстают на них, вплоть до того, что
восстают на Самого Сына, посланного Небом. А ведь господин из этой притчи не
просто посылал своих слуг в виноградник. Он ждал того, что работники, которые трудились
в винограднике, отдадут какие-нибудь плоды своего труда хозяину своему, владельцу, господину, потому что ни земля, ни
виноградники им не принадлежали.

Если мы с вами задумаемся, то сразу поймем, что и
нам всё дано, но мы не владеем тем, что у нас есть. И сама жизнь нам дана.
Мы её сейчас имеем, а завтра можем потерять, лишиться. И само здоровье нам
дано, ведь сегодня имеем его, а завтра можем потерять. И многое, что у нас
есть, нам не принадлежит, а является даром, который мы можем утратить. И
поскольку это – дар Божий, то мы должны его умножать и что-то возвратить Тому,
Кто нам это дал.

И
вот печальная картина: приходят слуги, а их избивают и прогоняют. Вместо благодарности и возвращения долга –
алчность, леность, жестокость... И это относится не только к древним
временам, а ко всякому времени. Мы с вами читаем о жизни служителей Божиих – о
ветхозаветных пророках или апостолах, святителях, других подвижниках. Их было
сравнительно немного – тех, кто действительно был послан пробудить людей,
напомнить им о Небе, сказать им: «Доколе вы будете спать в своей жизни,
коснеть, уходя бесплодно? Сколько времени будет Господь ждать от Вас плодов?»

И вот эти люди, которые пробуждали в нас совесть,
всегда встречали самое большое ожесточение. История святых Церкви как бы
продолжает Евангельскую историю о Господе, Который был отвергнут. Вспомним о
великих подвижниках: они были гонимы и презираемы. Митрополит Московский Филипп
(Колычев) умер от рук царского сатрапа только за то, что в царе пробуждал
совесть и обличал его в глаза. Святитель Иоанн Златоуст был низложен «собором»
сервильного духовенства по приказу
императора только потому, что он обличал богатых христиан и требовал от них,
чтобы они делились с бедняками, наполнявшими столицу.

Так бывало с очень многими подвижниками.
Преподобный Серафим Саровский, Чудотворец, был на дурном счету у «духовного
начальства», которое считало его мечтателем и странным человеком. Его осуждали,
он терпел всевозможные утеснения. Так было до самых последних дней. Вот один из
последних праведников, которых мы знаем, – старец Варсонофий Оптинский, умерший
в 1912 году. Такое на него было воздвигнуто гонение властями церковными и
гражданскими, что они заставили его покинуть монастырь, его, уже глубокого
старца, заставили скитаться в чужих местах, только потому, что он жил не как
все, а старался Слово Божие возвещать открыто и ясно. У людей это вызывало
зависть, смущение, недовольство. Старец горько закончил свою жизнь.

Так
вот, все эти люди были нам посылаемы. И
Сам Господь стоит во главе мучеников, изгнанников и отверженных на этой земле.
Он Сам был непринятым, непонятым мучеником.

Но
притча эта касается не только церковных времен прошлого и настоящего. Она
касается каждого, потому что не только к своей Церкви Господь обращается и
посылает пробудителей совести, но ко всему роду человеческому, к каждому из
нас. Он постоянно стучится и просится. Он постоянно говорит нам: «Проснись,
пробудись, доколе ты будешь жить как в полутьме? Доколе ты будешь погрязать в
грехе, как в болоте?»

И вот, трудные обстоятельства нашей жизни или,
наоборот, какие-то особенные, благодатные, благословенные минуты, какие-то
особые просветления, которые нас посещают во время молитвы, – все они означают,
что Господь нас зовёт, что Он хочет, чтобы мы принесли ему свои плоды, своё
сердце. И как горько бывает Ему, когда мы этих знаков не принимаем, когда один
за другим эти знаки Божии к нам приходят бесполезно, и мы поступаем в точности,
как те жестокие и нерадивые рабы: Бог зовёт, Он требует, а мы стоим к Нему
спиной...

Вот о чём эта притча. И если мы сейчас не хотим
оказаться в положении этих нерадивых рабов, которые были отвергнуты, – «злых
зле погубит» («предаст злых злой кончине»), говорится в притче, – давайте,
уходя из храма, подумаем, какими нас видит Господь, что Он о нас думает? Что Он
думает о нашей молитве? Видит ли Он, что мы часто стремимся беседовать с Ним?
Или, наоборот, мы смотрим на молитву как на тяжелую обузу: так, по привычке,
что-то утром прочтем быстренько, вечером пробормочем на сон грядущий и потом
больше не возвращаемся.

Или, что Господь думает о том, как мы с вами
духовно растём? Ведь Ему видно наше сердце, и Он знает, какие мы были год
назад, десять лет назад. Видит ли Он, что мы исправились в чем-то, изменились,
что мы сделали несколько шагов к Нему навстречу, пускай маленьких и робких?
Видит ли Он наши труды, наши дела? Он знает наше отношение к людям, с которыми
мы живем. И что бы Он увидел, если бы сейчас заглянул в сердце каждого из нас?
Подумаем об этом. Пусть это будет для нас суровым напоминанием. Ведь это перед
людьми мы можем казаться лучше, чем есть, можем ходить в маске, можем
изображать из себя всё, что угодно. Но Господь видит наше сердце до дна. Какой
же суд Он произнесёт нашему сердцу сегодня?

Когда мы подходим к исповеди и к Святой Чаше, мы
тем самым свидетельствуем о своем желании придти к Нему. И Его свет пронизывает
нас насквозь. Постараемся же почувствовать, как этот свет освещает все темные
закоулки нашей души. Постараемся сказать себе: нет, мы не хотим быть теми
нерадивыми рабами. Ты, Господи, посылаешь мне Свои знаки и я постараюсь слушать
их, я постараюсь внимать им, постараюсь свою короткую жизнь переделать и
сделать её достойной Твоего зова, Твоей святости, Твоей любви. И тогда, когда
Ты придешь ко мне, – когда жизнь моя будет взвешена на весах, когда придёт
время сбора этого винограда в винограднике, – Ты скажешь мне: «Мало ты сделал
по твоей немощи, но этот малый твой труд, который ты делал для Меня в
стремлении своего сердца, Я приемлю с любовью».

Но куда печальнее будет, если окажется, что у нас
ничего нет, всё пусто, всё бесплодно. Тогда конец нашего пути будет такой же
печальный, как конец этой притчи. Сколько раз бывало, что люди, которые
воображали себя имеющими благодать и духовные богатства, оказывались
отвергнутыми. Да не будет с нами этого! Потому-то Слово Господне есть не только
слово утешения, не только слово ободрения и любви, но также и слово
предостережения, чтобы оградить нас всех от зла и от погибели вечной. Аминь.

(Из сборника "Свет во тьме
светит"
) 


[1] «Святыми» (греч. хагиойс, ед. число хагиос,
агиос
), в соответствии с
античным смыслом термина, ап. Павел называет всех христиан, вне зависимости от их личных качеств.

[2] Речь идет о том, что эту краткую приветственную фразу он написал
собственноручно, тогда как всё послание, в соответствии с античными
эпистолярными традициями, писал с его голоса стенограф. «Написанное своей
рукой» служило заверением правильности всего текста, своего рода подписью:
адресат, знающий почерк и характерные выражения 
корреспондента, мог быть уверен в авторской подлинности письма.

[3] Греч. термин anathema в современном церковном смысле означает отлучение от
Церкви, т. е. «отлучение христианина от общения с верными и от святых Таинств, применяемое в качестве высшей
церковной кары за тяжкие прегрешения». Здесь ап. Павел «использует особую форму
проклятия <…>. Добавление маран-афа (в пер. с арамейского "Господь
близко") указывает на будущее пришествие Христа, Который только и может
окончательно решить участь грешника» (Максимович
К. А.
Анафема // Православная энциклопедия. М., 2001. Т. II, с. 274, 275).