Храм иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» на Шпалерной улице » Подвижники Великой войны » К 100-летию со дня рождения художника-фронтовика Анатолия Ильича Васильева

К 100-летию со дня рождения художника-фронтовика Анатолия Ильича Васильева

К 100-летию со дня рождения  художника-фронтовика  Анатолия Ильича Васильева

_______________________________________________________________________________________

Годы жизни художника Анатолия Ильича Васильева: 1917-1994
«Все глубже в историю уходят огненные годы Великой Отечественной, а память цепко держит события далеких дней — бои за Родину, блокаду Ленинграда и наши тяжелые утраты...» – так начинает свои воспоминания художник.

 

А началось всё  в  трагическом для России 1917 году, 18 марта, когда в семье рабочего появился на свет маленький Толя. Детские годы были связаны с бабушкой Евдокией, у которой маленький мальчик жил в деревне.

«Впечатления последующих лет связаны с местами Петрограда того района, куда переехали мои родители после 1921 года. Здесь прошло всё моё детство и юность вплоть до начала Отечественной войны в 1941 году. Это район Кузнечного рынка, Владимирской площади (площадь Нахимсона), Б. Ямской улицы (ныне ул. Достоевского), Большой и Малой Московской, Загородного проспекта, Разъезжей улицы, Троицкой улицы, Поварского, Свечного и Колокольного переулков – это моя Родина, здесь формировалось сознание, проходила учеба, здесь я наблюдал и осознавал окружающий мир.

Дома у нас в углу ещё висели иконы с лампадным маслом. Дрожащий свет лампады специфический запах и чувство какого-то оцепенения до сих пор сохранился в моих ощущениях. Тут же на комоде стояли знаменитые теперь яйца Фаберже – разных размеров из цветного стекла или фарфора, а то и из полудрагоценных камней разного цвета. Пасхальные яйца розовые, фиолетовые, белые и др. с затейливыми надписями ко дню рождения или пасхальным дням.

Надо вспомнить о пасхальных ночах у Владимирского собора, освящение, длинные ряды ожидающих со свечами в руках, «Христос Воскрес» и раскрашенные яйца. Мама пела в хоре Владимирского Собора во времена НЭПа.

Мы поселились в этом доме № 1 на Ямской улице (ныне улица Достоевского)... В квартире № 6 на 4 этаже было совершенно пусто – промёрзшие громадные залы с давно нетопленными каминами, разбитыми окнами и изломанной мебелью, пошедшей на отопление в годы военной разрухи начала 20-х годов. Вот чем встретил нас этот дом. Были ещё комнатки учительские и ещё какие-то разной площади, но одинаково промерзшие. С приходом весны и летнего тепла я стал проникать в «залы», где всё интересно. Там я увидел много книг сваленных в углу в большую кучу. В основном это были книги типа «Живописная Россия» с очень крепким переплётом и большого формата, книги которые, видимо, и сохранились только потому, что не влезали в печки «буржуйки», которыми тогда в основном пользовались. Там были и настенные крупноформатные литографии из серии иллюстраций к библейским сюжетам в цвете и тоновые, о ценности которых я узнал, конечно, позднее...

В то время по радио много транслировали хорошей музыки, да и пели чудесные певцы: Обухова, молодой Козловский. Увлеченный музыкой я стал посещать курсы при консерватории. Много слушал концертов в Филармонии, очень запомнилось первое исполнение 5 симфонии Шостаковича, где присутствовал я сам со своей мамой».

По окончании школы Анатолий Васильев работал учеником на заводе, а в 1933 году поступил в Художественно-педагогическое училище. Окончив училище, в этом же году был принят в институт им. И. Е. Репина при Академии художеств по мастерской монументальной живописи.

 

Но «война вскоре разрушила этот мир, пропитанный искусством, и окунула нас в другой мир – ненависти, огня и разрушения...»

Анатолий Ильич участвовал в Советско-Финской войне в  1939 году, был демобилизован по контузии и вернулся на учебу в апреле  1941 года.
Теперь, казалось бы, можно возобновить прерванные занятия искусством....  Но в июне 1941 г. вновь началась война.

«Собственно, вопрос о том, как быть, для нас не стоял. Академия художеств (ВАХ) готовилась к эвакуации, и тут же, на набережной, уже строились и готовились к отправке батальоны народного ополчения, формировавшиеся из студентов университета, Академии художеств, научных институтов, находящихся на Васильевском острове.

Часть студентов-художников сразу же включилась в работу по маскировке кораблей на Неве и многих военных объектов города. Опустели коридоры Академии, стали приходить печальные вести...»

На фронт Анатолия Васильева не брали. Несмотря на отсрочку по здоровью, он в 1943 году ушел добровольцем и сразу попал на Невскую Дубровку в 34-ю отдельную лыжную бригаду, в которой Анатолий Васильев стал политруком роты.

 

На Ленинградском фронте он участвовал в прорыве блокады в январе 1943 г. в составе 34-ой лыжной бригады в качестве политрука стрелковой роты, форсировал Неву у поселка Марьино, а позже у Синявино был тяжело ранен в живот осколком мины. Это ранение Анатолий Васильев получил, когда 34-я отдельная лыжная бригада наступала на Шлиссельбург. Рота попала под шквальный огонь минометов... Анатолий Васильев очнулся лишь спустя четверо суток, на госпитальной койке.  Не будь у Васильева в планшете его неизменного спутника — альбома для эскизов, убило бы его тем осколком. Но главной его спасительницей оказалась медсестра Галя. Внучка  контр-адмирала Российского флота Александра Ивановича Берлинского, «за эти четыре года она многому научилась - переносить лишения и голод, перевязывать раны и ассистировать в операционной, сопереживать и ... любить! Анатолий поступил в госпиталь в безнадежном состоянии. Раны были настолько тяжелые, что он лежал без памяти почти месяц. В госпиталь пришел приказ о награждении его орденом Отечественной войны... посмертно. Но любовь сделала свое дело». Анатолий Васильев пошел на поправку. В 1943 году они поженились.

После лечения в госпитале был направлен на Ораниенбаумский плацдарм, где в составе 126-го артиллерийского полка, в качестве комсорга полка, участвовал в окончательном снятии блокады в январе 1944 г.

Он принимал участие в боях по освобождению городов Кингисеппа, Сланцы, Нарвы, Таллина, где получил второе тяжелое ранение. В 1945 г. был демобилизован как инвалид Отечественной войны и окончил службу в армии в звании лейтенанта. Анатолий Васильев был награжден орденами "Красной звезды", "Отечественной войны" II-й степени и семью медалями.

 

С 1964 по 1971 годы  Анатолий Ильич работал в студии художников-маринистов при Центральном Военно-Морском музее, где был выполнен ряд картин на темы Великой отечественной войны и современного Советского Военно-Морского флота.

Значительная часть творческого наследия Анатолия Ильича Васильева выполнена  в 70-х гг. Это серия работ о друзьях-художниках, которые как и он встали на защиту родного города. 

Художник писал:

  «Через сорок с лишним лет после этих событий, работая над циклом портретов-воспоминаний, я все глубже ощущаю, как же велики и невосполнимы были потери: ведь гибель студентов нашего института — это только песчинка, капля в океане человеческого горя, перенесенного в эти годы всей страной. В цикле портретов мне хотелось показать этих людей такими, какими я их знал: полными надежд на будущее, молодыми и неповторимыми. Мне казалось, что это намного важнее, чем формальное изображение признаков военной обстановки. Поэтому я сознательно не сосредоточивал внимание на каких-то деталях, говорящих о войне (стриженые головы, ранения, повязки, медали и пр.), хотя все это и было на самом деле. Мне хотелось как можно точнее найти человеческий настрой, особенности характера каждого из них...

 

Вот Владимир Веремеенко, который отличался своеобразием характера, прямотой, чистотой помыслов и поступков, душевной наполненностью и добротой. Это был «старший товарищ», ему было двадцать семь лет. Высокого роста, добродушный, всегда улыбающийся, он был одной из самых больших надежд Академии художеств. В самом начале войны он пошел добровольцем в народное ополчение и погиб в боях под Красным Бором. У  него  не  было  наград,  не  было  ни жены, ни детей, осталось только несколько работ в Музее Академии художеств.

 


С Яковом Лукашом мы учились вместе на одном курсе, и часто наши мольберты стояли рядом. Его работы уже тогда выделялись среди других колоритом и остротой композиции. Это был скромный, молчаливый человек, романтик в душе.

Мне рассказывала его жена (уже после войны), что после первого ранения Яков, лежа в госпитале в блокадном Ленинграде, продолжал работать, причем левой рукой, так как правая была прострелена. Тем не менее в 1942 году он опять уже был на фронте и в том же году погиб в  тяжелых  боях  под  Тихвином.

 

 

Клара Иофик, темноволосая девушка маленького роста, решительная и смелая,— удивительная личность, очень талантливая. Отказавшись от эвакуации, Клара Иофик добилась, чтобы ее взяли в медсанбат. Она была смертельно ранена под Ленинградом в боях за Пулковские высоты.

 

 


 

Как  много  можно  было  бы  рассказать о Сергее Кабанове, студенте нашей монументальной мастерской, ставшем разведчиком-лыжником, награжденном посмертно орденом Красного Знамени.

 

 

О братьях Севериных — Леониде и Владимире, студентах мастерской профессора Осмеркина...»

 

 

Анатолий Ильич создал и другие работы, в которых отразилась прошедшая сквозь жизнь военная тема. Одна из них посвящена «Дороге жизни» в осажденном городе.

 

Строгий и выразительный портрет героя-летчика А. Мересьева, выполненный с натуры на встрече в 1948 году...

 

 

 

 

Портрет юного друга, однокурсника Н. Власова, погибшего в блокадном Ленинграде...

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Дышащие светом, весенней свежестью и чистотой красок пейзажи...

 

Как много хочется сказать художнику, запечатлеть, вложив в звучащие краски все силы души, чтобы прекрасное, достойное вечной памяти, полногласно зазвучало торжествующей жизнью.

 

 

 

 

 

Статья составлена сестрой Свято-Георгиевского Сестричества Анной Мартыновой на основе воспоминаний Анатолия Ильича Васильева, биографических материалах, собранных Юрием Анатольевичем Васильевым.


Фотографии художника, а также фотографии работ предоставлены из личного архива Васильева Ю.А.

Сердечно благодарим за предоставленные  материалы!

 

Иллюстрации: 
1. У Картины «Дорога жизни»
2. «Ива зацвела», холст, масло
3. Анатолий Васильев среди однополчан (фото, дата неизвестна)
4. 30.10.43 г. Ориенбаумский пятачок
5. Васильев А.И. 20.11.43 г.
6. Портрет Леонида Северина. 1975 г.
7. Портрет Владимира Веремеенко
8. Портрет Якова Лукаша. 1975 г.
9. Портрет Клары Иофик
10. Портрет Сергея Кабанова. 1975 г.
11. «Дорога жизни», холст, масло
12. Васильев А.И. «Портрет А. Маресьева» Б. уголь. 40х30. 1948 г.
13. «Храм Покрова на Нерли». Х.м. 80х100 1968
14.  Портрет Николая Власова. 1975 г.