Неделя о Страшном суде

Неделя о Страшном суде

 

6 марта в 2016 году

СТРАШНЫЙ СУД И МАСЛЕНИЦА

Третье воскресенье подготовительного периода к Великому посту именуется в Православном календаре Неделей о Страшном суде, или Неделей мясопустной. Первое название продиктовано темой евангельского чтения за Литургией – о будущем Страшном суде живых и мёртвых; второе – предписанием Церковного устава: не употреблять после этого воскресенья мяса.

Что значит «мясопуст»?

Славянский термин «мясопуст» (греч. апокрэос, лат. carnis privium – лишение мяса) означает прекращение вкушения мяса. Неделя мясопустная – это воскресенье за 56 дней до Пасхи (в 2016 году – 6 марта). За ним следует ещё одна – последняя перед Великим постом седмица – «сырная» (7 – 12 марта), или, в просторечии, – «масленица» (в народном календаре она включает в себя ещё и Прощёное воскресенье в качестве завершающего аккорда лихих народных гуляний). Строго соблюдающие диетическую сторону поста отказываются на этой неделе от мяса и едят только яйца и молочные продукты (откуда и название этой недели). В этом – последняя ступень подготовительного воздержания.

Масленица – христианский праздник?

Образованный христианин (да и каждый человек) должен знать, что масленица в своей основе – праздник совсем не христианский! Напротив – это древний языческий праздник проводов зимы и встречи весны, согласно пословице: «Масленицу провожаем, света солнца ожидаем». Это – своеобразный «северный карнавал», вакханалия, сопровождающаяся необузданным весельем, зубодробительными драками, играми и хмельными пирами (это то, у нас всегда хорошо получается). В дохристианские времена подобные гуляния с «умилостивлением» языческих богов сопровождались даже человеческими жертвоприношениями: вспомним о наших христианских первомучениках – киевских варягах Феодоре и сыне его Иоанне (983 г.). (Представим, что они воскресли, оказались на нашей масленице и увидели странные наряды хмельных гуляк, прыгающих вокруг костра с языческим идолом старухи-зимы и блинами в руках... Мученики решили бы, что на Руси всё ещё торжествует язычество, которое ревностно насаждал князь Владимир в начале своего правления, а крещение нашей многострадальной страны так и не состоялось!) Поэтому суровый голос Святой Православной Церкви, возвещая о Страшном Суде, зовёт к покаянию и предостерегает от языческой ментальности, до сих пор живущей в нашем сознании.

После крещения Руси «отменить» масленицу (как и некоторые другие языческие игрища, например, «Иванов день») так и не смогли: наш народ готов отказаться от многого, но только не от бесшабашных гулянок и застолий с традиционным вопросом: «Ты меня уважаешь?» Поэтому церковные власти вынужденно совместили эту неделю вакханалий с последней подготовительной неделей перед Великим постом, которая имеет, согласно православному церковному Уставу, полупостный по рациону, но вполне покаянный по своему назначе­нию характер. (Греки и другие христиане не могут понять, почему наш богослужебный (!) – а не только «народный» – календарь обзывает православную сырную седмицу языческим термином «масленица». Подобные «Мюнхенские» попытки мирных соглашений, как мы знаем, плохо заканчиваются.) При этом обычай поминать на хмельной тризне предков блинами (это астрологический солярный знак) был переосмыслен как заговенье – праздничную трапезу накануне поста.

 

Сырная седмица или масленица?

«Сырная седмица – преддверие и начало поста»
(святитель Тихон Задонский)

Православный Церковный календарь именует последнюю седмицу (неделю) перед Великим постом сыропустной (а народ – масленицей). Смысл этой седмицы – в постепенном переходе от обыденной жизни к великопостным «подвигам», которые, конечно же, у каждого христианина свои – и определяются его полом, возрастом, состоянием здоровья и профессией. В среду и пятницу даже не совершается Божественная Литургия (это в знак покаянной скорби), а службы суточного цикла, содержащие и покаянную молитву преподобного Ефрема Сирина, почти соответствуют великопостным. Всё это – «светлые предпутия поста»!

Но народ – не только «простой» и «необразованный» (эта отговорка ныне смешна) – проводит это «начало умиления и покаяния» вполне по-язычески – в шумных гуляньях и сомнительных забавах.

Один из иностранных путешественников, посетивших Россию в XVII веке, мосье Одербон, с удовольствием носителя западной цивилизации констатировал (подобных свидетельств много): «В это время у русских почти беспрерывно продолжается обжорство и пьянство; они пекут паштеты, то есть оладьи и блины из масла и яиц, зазывают к себе гостей и упиваются мёдом, пивом и водкой до упаду и до беспамятства. В течение всей масленицы только и слышно, что того-то убили, того-то бросили в воду…».

Со временем мало что изменилось. Вспомним картину Василия Сурикова «Взятие снежного городка» или хрестоматийное изображение боя «стенка на стенку» в фильме «Сибирский цирюльник». Многие простодушные люди относятся к этим лубочным картинкам прошлого с ностальгическим придыханием и всерьёз считают, что всё это – «сугубо по-православному»; что так и следует «готовиться» к Великому посту: напиться до безобразия, слопать (простите за откровенный глагол!) как можно больше блинов, стараясь не умереть от заворота кишок (что действительно случалось), умело разбить ближнему нос или вывихнуть челюсть, а потом «покаяться» – попариться в Чистый понедельник в баньке, дабы смыть с себя масленичные излишества, и с чувством хорошо исполненного «православного долга» бухать земные поклоны.

Конечно же, это языческая разгульная обрядность, во многом искусственно возрождаемая сейчас под видом возвращения к «народным традициям». Очевидно, многим, желающим кощунственно смыть с Руси воды днепровской купели, хочется вернуться непременно к дохристианским «национальным истокам». Неудивительно, что нашу страну, в которой за девять столетий не смогли утвердиться хотя бы элементарные нормы христианской морали и поведения, постигли столь тяжкие наказания в XX столетии. Это и был «Страшный суд», к счастью, ещё не окончательный; но разумно ли испытывать Божие долготерпение? Ещё один «Страшный суд» для нашего общества, сидящего на «пороховой (ядерной и термоядерной) бочке» может стать в прямом смысле Страшным (уже без кавычек) и последним. Всё зависит от способности покаяться (то есть на библейском языке – «переменить сознание») и хотя бы попытаться жить по-христиански. К сожалению, вместо того, чтобы «на себя оборотиться» – вспомнить слова Спасителя о том, что Отец Небесный знает о каждом из нас всё (даже волосы на наших головах сосчитаны!) и что без Его попущения ничего не происходит, – многие наши «ревнители» отмахиваются от промысла Божия и винят во всех наших бедах разных внешних супостатов (их имена хорошо известны). Здесь есть над чем задуматься, особенно в преддверии Великого поста.

Ю. Рубан

 

Приложение

Святитель Тихон Задонский (†1783) о масленице

«Сырная седмица есть преддверие и начало поста. А потому истинным чадам Церкви следует в Сырную седмицу поступать во всём гораздо воздержаннее. Слушают ли, однако, христиане сладостных песней люб­веобильной Матери своей? Она завещает в эти дни более благоговеть – а они ещё больше бесчинствуют. Она заповедует воздерживаться – а они ещё больше предаются невоздержанию. Она повелевает очищать тело и душу – а они ещё больше оскверняют их. Она велит сетовать о содеян­ных грехах – а они прибавляют новые беззакония. Она внушает умило­стивлять Бога – а они ещё больше прогневляют Всевышнего. Она назначает пост – а они ещё больше объедаются и упиваются. <…> Самое празднование масленицы – есть дело языческое. У язычников был лож­ный бог Вакх (изобретатель хмельного питья), которому они учредили особенные в году праздники (так называемые вакханалии) и проводили эти празднества во всяких непотребствах и мерзостях. Смотрите, не так ли христиане проводят масленицу, а равно и многие празднества? <…> А я ещё раз скажу, что, кто проводит масленицу в бесчинствах, тот становится явным ослушником Церкви и показывает себя недостойным самого имени христианина» (цит. по: Булгаков С. В. Настольная книга для священно-церковно-служителей. М., 1993. Т. 1. С.  543–544).