МЛАДЕНЕЦ ИЗ ВИФЛЕЕМА

МЛАДЕНЕЦ ИЗ ВИФЛЕЕМА

***********************************************************************************************************

«И было в те дни: от императора Августа вышел указ о том, чтобы по всей Вселенной шла перепись. Это была первая перепись, когда наместником Сирии был Квириний. Все шли на перепись, каждый в свой город. Направился также Иосиф из Галилейского города Назарета в Иудею, в Давидов город, именуемый Вифлеем, потому что был он из рода и дома Давида. Он шёл на перепись вместе с обручённой ему Марией, Которая ожидала ребёнка. И вот, когда они находились там, пришло Ей время для родов, и родила Она Сына Своего, первенца, и спеленала Его, и положила в ясли для скота, потому что на постоялом дворе не нашлось для них места» (Лк. 2:1–7).

Несвоевременное путешествие

Этими лаконичными замечаниями евангелист Лука обозначил историческую обстановку и время рождения Иисуса Христа, а также причину, по которой Святое Семейство должно было совершить столь трудное и несвоевременное путешествие. Вспомним, что в 63 году до н. э. Гней Помпей завоевал Палестину, вошедшую в состав новой римской провинции «Сирия». Властелины Вселенной (Ойкумены), как называли Римскую империю, были людьми мудрыми, старавшимися сохранять у населения покорённых государств иллюзию самоуправления. Без необходимости они не нарушали местные формы правления и с уважением относились к общественным и религиозным традициям. Поддерживать порядок римлянам помогали ими же назначаемые марионеточные цари, одним из которых был печально известный Геро́д I Великий, восседавший на Иерусалимском престоле с 37 по 4 год до н. э. (Его имя в позднегреческом произношении – Ирод – стало нарицательным.)

Октавиан Август (63 г. до н. э. – 14 г. н. э.), став в 27 году до н. э. единодержавным императором, вскоре провел тщательную перепись населения восточных провинций, необходимую для упорядочения системы налогообложения. Провинцией Сирия тогда управлял проконсул Квириний, и именно его чиновники внесли в списки новых подданных державного Рима Иосифа, Марию и их только что родившегося в Вифлееме Сына, названного Иисусом («Господь спасает»). Римляне записывались по месту своего проживания, а иудеи, в силу устойчивых родовых традиций, – по месту происхождения. Иосиф и Мария являлись потомками царя Давида († ок. 970 г. до н. э.), родом из Вифлеема, расположенного в 7 километрах к юго-западу от Иерусалима. (Представители этой славной династии ещё в VI столетии до Р. Х. были лишены трона и вели жизнь частных граждан, разумеется, не афишируя своего происхождения.) Этим и объясняется столь несвоевременное для Девы Марии путешествие через всю Палестину, с севера на юг, в родной город предков, где у них не было своего дома и где из-за наплыва народа им не нашлось в день прибытия места в гостинице.

Хорошо понятна и реакция царя Ирода: узнав о рождении «законного наследника» Иудейского престола, он повёл себя так, как и поступают бесчеловечные самозванцы и узурпаторы.

 

Смысл боговоплощения

«Бог стал Человеком, чтобы человек мог стать богом», – так сформулировали великую тайну боговоплощения и вочеловечения отцы Древней Церкви[1].

Бог явился во плоти, и это событие стало единой, универсальной точкой отсчёта всемирной истории, сообщившей цель и смысл всему временно́му космосу. «В Палестине... совершился величайший факт всемирной истории, который должен быть признан центральным не только христианами: то, что́ произошло в Вифлееме, предопределило всю всемирную историю. <…> Образовался новый христианский мир, началась всемирная история, которая древнему миру не была известна», – справедливо отмечает русский мыслитель Николай Бердяев [11. С. 93]. Неудивительно, что именно День Рождения Вифлеемского Младенца, явившегося в мир незаметно и даже в загоне для скота (а вовсе не социальная или техническая революция!) стал краеугольной хронологической вехой, навсегда разделившей мировую историю на две эпохи: до и после Рождества Христова.

Евангелисты не указывают ни точного года (тогда ещё не было единой эры), ни дня рождения Иисуса Христа, и мы определяем лишь период этого события: 7–5 годы до н. э. Календарная же дата праздника Рождества Христова, 25 декабря, установленная ещё в IV веке в качестве обязательной для всего христианского мира, имеет не историческое, но назидательно-символическое значение. Это – день зимнего солнцеворота, победа солнца над тьмой. В миссионерском аспекте этот день выражает победу Христа – «Солнца Правды» и «Света миру» – над тьмой языческого идолопоклонства.

Предложенная в 525 году римским архивариусом Дионисием Малым эра «от Рождества Христова» завоёвывала мир постепенно, распространяясь с Запада на Восток, а в России была введена лишь на рубеже 1699/1700 гг. До этого наши предки отсчитывали даты в рамках условно-символической эры «от сотворения мира».

В настоящее время христианская эра принята во всём мире (во всяком случае – в документах ООН), вольно или невольно признавшем тем самым, что более важной точки отсчёта, чем празднуемый нами День Рождения Младенца из Вифлеема, просто не существует!

«Таинство чуждое вижу...»

Богослужение праздника сосредоточено на мистерии чудесного рождения Девой Марией Сына, Спасителя и Нового Адама, пришедшего в мир, чтобы восстановить в первоначальном достоинстве образ «древнего Адама» – то есть всего ветхого человечества. Мы переживаем богочеловеческую диалектику таинства «чуждого и парадоксального»: пещера (вертеп) становится небом, Богоматерь – Херувимским престолом, а ясли – вместилищем возлежащего в них невместимого Бога и беспомощного Младенца одновременно.

Две тысячи лет тому назад, во дни императора Августа, для Богомладенца Иисуса не нашлось места даже на постоялом дворе, и Он родился в яслях для животных, согревавших Его своим дыханием. Мир, как и сейчас, был слишком занят собой, полагая задачи своего экономического и политического переустройства первостепенными. Но не все люди духовно слепы и глухи: и вот уже чистые сердцем простые пастухи, первыми (!) услышавшие от ангела о «великой радости», спешат к своей пещере и приветствуют лежащего на соломе Младенца. А вскоре медленно выходят, как бы из глубины веков, седые мудрецы («волхвы»), проделавшие огромный путь вслед за ниспосланной им Свыше звездой. Они долго искали Истинного Бога на путях трудных и тернистых и теперь, обретя, склоняются пред Его колыбелью, принеся дары. Путь дохристианского мира завершился в Вифлееме.

Само Небо приблизилось к земле, чтобы человек взглянул в него и понял, что землёй ещё не кончается ни мир Божий, ни жизнь человеческая.

 

«ВО ДНИ ЦАРЯ ИРОДА...»

«Когда же родился Иисус в Вифлееме Иудейском, во дни царя Ирода, вот, волхвы от восточных стран прибыли в Иерусалим и спрашивали: "Где новорождённый Царь Иудейский? Ведь мы видели, как восходит Его звезда, и пришли Ему поклониться". Услышав об этом, царь Ирод взволновался, а с ним и весь Иерусалим» (Мф. 2:1–2).

Где родившийся Царь?

Прошло около двух лет со времени той тревожной и благословенной ночи на окраине Вифлеема, где в яслях для скота появился на свет Младенец, Которому предстояло изменить лицо Вселенной. Иосиф и Мария поселились в каком-то доме и намеревались остаться в нём навсегда, но Провидение судило иначе. Их уединённая скромная жизнь внезапно оказалась прерванной появлением экзотических по виду людей, принадлежавших к зороастрийской касте персидских звездочётов. Они тоже ждали пришествия Небесного Посланника, который прекратит извечную, по их мнению, борьбу между космическими силами Добра и Зла, являясь при этом единственным на Земле языческим народом, разделявшим с ветхозаветными иудеями мессианские настроения. Поэтому лишь они и пришли поклониться неведомому пока миру Царю.

Жители Иерусалима смотрели на пришельцев с испугом и недоумением, в ужасе отшатываясь при страшном вопросе о родившемся царе. Вспомним, что Иудеей уже более трёх десятилетий правил коварный чужеземец Ирод, узурпировавший иерусалимский престол благодаря поддержке своих римских друзей – триумвиров Августа и Антония. Этот чудовищный человек казнил свою жену, принадлежавшую к свергнутой им династии Маккавеев, и двух любимых народом сыновей, заподозрив их в намерении лишить его трона. Третьего он казнит уже перед смертью.

Ирод и волхвы

Легко представить реакцию самозванца, которому всюду чудились заговоры, действительные и мнимые. Он легко узнал через знатоков Священного Писания о месте рождения законного наследника древней династии, основанной тысячелетием ранее библейским царём Давидом из Вифлеема. Пророчество об этом содержится в книге ветхозаветного пророка Михея (2-я половина VIII до Р. Х.) (Мих. 5:2).

Затем Ирод пригласил ничего не подозревающих волхвов к себе, узнал у них время рождения Мессии и послал их в Вифлеем с коварным поручением, а сам в это время отбирал преданных ему карателей для выполнения «специального задания». Безумного старика не останавливало даже то, что этот Младенец, согласно Священному Писанию, на которое ссылались призванные им для расследования книжники, был Посланником и Помазанником (Мессией) Единого Бога, к религии Которого Ирод тоже формально принадлежал (иначе он не смог бы стать царём Иудеи)!

Поклонившись Младенцу и приняв знак Свыше, волхвы не вернулись к царю. Иосиф получил в сновидении такое же предупреждение от ангела: «Вставай, возьми Дитя и Матерь Его, и беги в Египет, и оставайся там, пока я не скажу тебе; потому что Ирод намерен разыскать Дитя, чтобы Его погубить» (Мф. 2:13).

Так Ироду не удалось узнать, в каком доме проживало Святое Семейство в Вифлееме. Когда он понял, «что волхвы насмеялись над ним, пришёл в великую ярость и послал солдат умертвить в Вифлееме и по всей округе всех младенцев в возрасте от двух лет и менее, в соответствии с тем сроком, который он выведал от волхвов» (Мф. 2:16). Однако чудовищный замысел «устранить законного претендента на Иудейский престол» не удался. Иосиф уже увёз семью в Египет, где было легко затеряться среди многоязычного населения.

 

Ю. Рубан



[1] Эта богословская максима основана на близких формулировках нескольких авторов. Первым называют св. Иринея Лионского († ок. 202). Подробнее см.: http://modernlib.ru/books/konstantin_dushenko/religiya_i_etika_v_izrecheniyah_i_citatah_spravochnik/read_2.