«ДНЕСЬ СПАСЕНИЯ НАШЕГО ГЛАВИЗНА…»

«ДНЕСЬ СПАСЕНИЯ НАШЕГО ГЛАВИЗНА…»

Название сегодняшнего праздника указывает на какое-то особое, неслыханное ранее «радостное известие», прозвучавшее единожды в мировой истории. Этим и объясняется отсутствие у наименования праздника уточняющего смысл подзаголовка (особенно в обиходной речи): произнося одно лишь слово «Благовещение», мы не боимся быть неверно понятыми, ибо «радостных известий» было много, но Благовещение случилось лишь однажды. Таким образом, название праздника «Благовещение Пресвятой Богородице» буквально означает: «Радостная весть [сообщенная] Пресвятой Богородице». Какая же радостная весть составляет существо праздника? Кто был вестником?


Из Евангелия от Луки мы узнаём, что немногим более двух тысячелетий тому назад в маленьком палестинском городке Назарете совершилось превосходящее наше разумение событие
природа Бога соединилась с природой человека. Здесь жила скромная подданная римского императора Августа, юная Мария, к тому времени сирота. Она происходила из династии царя Давида, к которой принадлежал и Иосиф, хранитель девства Марии, пожилой вдовец, которому Она была обручена во исполнение традиции, воспрещавшей добродетельной женщине оставаться одинокой. Иосиф был беден, разумеется, не афишировал свое происхождение (это было смертельно опасно!) и вёл жизнь простого ремесленника.

Можно представить чувства юной Девы, Которой, во время отсутствия Иосифа, вдруг зримо предстал небесный вестник. Последовал диалог (смотрите евангельское чтение), из которого Мария узнала, что именно Её избрал Бог стать Матерью Своего пришедшего на землю Сына. Требуется лишь Её осознанное согласие. Дева Мария – Вторая Ева, как называет Её христианское богословие, – медлит, проявляя разумную осторожность, недостаток которой погубил первую Еву. Наконец, звучат слова: «Пред тобой – раба Господня; пусть осуществится во Мне то, что ты сказал».

О совершившемся в эти мгновения таинстве трудно говорить: любые слова кажутся непростительной дерзостью. Здесь пристало только благоговейное созерцание тайны: всем нам «удобее молчание (приличествует молчание)», как поётся в одном из богородичных гимнов.  

Постараемся лишь понять главное: то, что занимает несколько строк евангельского повествования, подготавливалось всей историей ветхозаветного человечества, и в диалоге ангела и Девы Марии эта история обрела свой смысл и долгожданное завершение. Ветхий завет (что значит буквально «древний союз», «старый договор») Бога с человеком, имевший характер подготовительный и временный, отныне сменяется Новым Союзом со всем человечеством и на все времена.

Одними лишь своими силами человек не мог преодолеть глубочайшую пропасть, разверзшуюся между ним и Богом, ибо страшный удар, сотрясший его в незапамятные времена («грехопадение прародителей»), расколол его сверху донизу: от высшего сознания до телесной природы. Он перестал принадлежать Своему Создателю, а значит – и своему разумному «я». Потребовалась встреча и реальное соединение Божественной и человеческой природы через Боговоплощение. Только так могла быть возвращена в первозданное достоинство целостная природа человека. И в лице Марии человечество достигло высшей точки своего духовно-нравственного развития и очищения на путях восстановления первоначального Союза с Богом.

Незамеченным было явление Деве Марии вестника Небес, никто не слышал происшедшего между ними разговора. Ничуть не изменилась видимая жизнь после исчезновения ангела – ни в самом Назарете, ни, тем более, в горделивом Риме. Но как удивились бы жители огромной многоязычной Империи, если бы узнали, что именно в этом неприметном событии нашла свое оправдание и завершение вся история человечества от Адама и что их потомки станут отсчитывать Новую эру от Дня Рождения мальчика, Которого окружающие пренебрежительно называли «сыном плотника»!

«Сегодня – начало нашего спасения...», – поётся за богослужением. Продолжением его станет земная жизнь Богочеловека Иисуса Христа – «Второго Адама», а завершением – Тайная вечеря, Голгофа, возглас «Совершилось!», нисхождение во Ад, Тридневное Воскресение, Вознесение и сидение «одесную Отца».

Весенний народный обычай (имеющий древние месопотамские корни) в день Благовещения выпускать из клеток на волю пленённых птиц мелодически запечатлён в прекрасных стихах Александра Пушкина и Фёдора Туманского (†1853).

Литература: Рубан Ю. Благовещение Пресвятой Богородице. Л., 1991; Православная энциклопедия. М., 2002. Том V. С. 254–268; Шилейко В. Родная старина // Восток. Журнал литературы, науки и искусства. Кн. I . Пг., 1922. С. 80–81.

 

{*} Примечание. Древние христиане давали этому празднику разные имена: «Зачатие Христа», «Благовещение о Христе», «Начало искупления», «День приветствия», «Благовещение ангела Марии» и другие. Изначально он имел статус господского праздника, что и сейчас подтверждается совершением в этот день Евхаристической Литургии даже (!) в Страстную Пятницу. В отношении современного названия праздника мне уже приходилось писать: «В греческом и славянском языке слово «благовещение» требует после себя родительного падежа, поэтому в богослужебных книгах читаем: «Благовещение Пресвятыя Богородицы», но, при переводе названия на русский язык, необходим дательный падеж: то есть «Благовещение Пресвятой Богородице». Дореволюционные литургические книги соблюдали эту грамматическую корректность, чего, к сожалению, нельзя сказать о современных» (Рубан Ю. Благовещение Пресвятой Богородице. Л., 1991. С. 17). Действительно, в образцово выполненном параллельном (русском и славянском) издании текста службы находим два соответствующих языкам заголовка: «Благовещение Пресвятой Богородице (! – Ю. Р.). Служба на праздник Благовещения Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии» (М.: Изд. Моск. Синод. типографии, 1902). Но см. название в современных календарях на русском языке!??? За подтверждением я обратился к своему другу – известному слависту Александру Кравецкому, ведущему научному сотруднику Института Русского языка РАН (Москва), автору многочисленных научных работ, а также лучшего, на мой взгляд, учебника церковнославянского языка (совместно с супругой А. Плетнёвой). Он ответил: «Да, я совершенно согласен с твоим примечанием. Назвал бы это не ошибкой (ты впрямую и не называешь), а славянизацией не по разуму. Её сейчас ооочень много. – А. Кравецкий» (письмо от 15.III.2016). 

Ю. Рубан

 
 


«ДНЕСЬ СПАСЕНИЯ НАШЕГО ГЛАВИЗНА…»

Название сегодняшнего праздника указывает на какое-то особое, неслыханное ранее «радостное известие», прозвучавшее единожды в мировой истории. Этим и объясняется отсутствие у наименования праздника уточняющего смысл подзаголовка (особенно в обиходной речи): произнося одно лишь слово «Благовещение», мы не боимся быть неверно понятыми, ибо «радостных известий» было много, но Благовещение случилось лишь однажды. Таким образом, название праздника «Благовещение Пресвятой Богородице» буквально означает: «Радостная весть [сообщенная] Пресвятой Богородице». Какая же радостная весть составляет существо праздника? Кто был вестником?

Из Евангелия от Луки мы узнаём, что немногим более двух тысячелетий тому назад в маленьком палестинском городке Назарете совершилось превосходящее наше разумение событие природа Бога соединилась с природой человека. Здесь жила скромная подданная римского императора Августа, юная Мария, к тому времени сирота. Она происходила из династии царя Давида, к которой принадлежал и Иосиф, хранитель девства Марии, пожилой вдовец, которому Она была обручена во исполнение традиции, воспрещавшей добродетельной женщине оставаться одинокой. Иосиф был беден, разумеется, не афишировал свое происхождение (это было смертельно опасно!) и вёл жизнь простого ремесленника.

Можно представить чувства юной Девы, Которой, во время отсутствия Иосифа, вдруг зримо предстал небесный вестник. Последовал диалог (смотрите евангельское чтение), из которого Мария узнала, что именно Её избрал Бог стать Матерью Своего пришедшего на землю Сына. Требуется лишь Её осознанное согласие. Дева Мария – Вторая Ева, как называет Её христианское богословие, – медлит, проявляя разумную осторожность, недостаток которой погубил первую Еву. Наконец, звучат слова: «Пред тобой – раба Господня; пусть осуществится во Мне то, что ты сказал».

О совершившемся в эти мгновения таинстве трудно говорить: любые слова кажутся непростительной дерзостью. Здесь пристало только благоговейное созерцание тайны: всем нам «удобее молчание (приличествует молчание)», как поётся в одном из богородичных гимнов.

Постараемся лишь понять главное: то, что занимает несколько строк евангельского повествования, подготавливалось всей историей ветхозаветного человечества, и в диалоге ангела и Девы Марии эта история обрела свой смысл и долгожданное завершение. Ветхий завет (что значит буквально «древний союз», «старый договор») Бога с человеком, имевший характер подготовительный и временный, отныне сменяется Новым Союзом со всем человечеством и на все времена.

Одними лишь своими силами человек не мог преодолеть глубочайшую пропасть, разверзшуюся между ним и Богом, ибо страшный удар, сотрясший его в незапамятные времена («грехопадение прародителей»), расколол его сверху донизу: от высшего сознания до телесной природы. Он перестал принадлежать Своему Создателю, а значит – и своему разумному «я». Потребовалась встреча и реальное соединение Божественной и человеческой природы через Боговоплощение. Только так могла быть возвращена в первозданное достоинство целостная природа человека. И в лице Марии человечество достигло высшей точки своего духовно-нравственного развития и очищения на путях восстановления первоначального Союза с Богом.

Незамеченным было явление Деве Марии вестника Небес, никто не слышал происшедшего между ними разговора. Ничуть не изменилась видимая жизнь после исчезновения ангела – ни в самом Назарете, ни, тем более, в горделивом Риме. Но как удивились бы жители огромной многоязычной Империи, если бы узнали, что именно в этом неприметном событии нашла свое оправдание и завершение вся история человечества от Адама и что их потомки станут отсчитывать Новую эру от Дня Рождения мальчика, Которого окружающие пренебрежительно называли «сыном плотника»!

«Сегодня – начало нашего спасения...», – поётся за богослужением. Продолжением его станет земная жизнь Богочеловека Иисуса Христа – «Второго Адама», а завершением – Тайная вечеря, Голгофа, возглас «Совершилось!», нисхождение во Ад, Тридневное Воскресение, Вознесение и сидение «одесную Отца».

Весенний народный обычай (имеющий древние месопотамские корни) в день Благовещения выпускать из клеток на волю пленённых птиц мелодически запечатлён в прекрасных стихах Александра Пушкина и Фёдора Туманского (†1853).

Литература: Рубан Ю. Благовещение Пресвятой Богородице. Л., 1991; Православная энциклопедия. М., 2002. Том V. С. 254–268; Шилейко В. Родная старина // Восток. Журнал литературы, науки и искусства. Кн. I . Пг., 1922. С. 80–81.

 

{*} Примечание. Древние христиане давали этому празднику разные имена: «Зачатие Христа», «Благовещение о Христе», «Начало искупления», «День приветствия», «Благовещение ангела Марии» и другие. Изначально он имел статус господского праздника, что и сейчас подтверждается совершением в этот день Евхаристической Литургии даже (!) в Страстную Пятницу. В отношении современного названия праздника мне уже приходилось писать: «В греческом и славянском языке слово «благовещение» требует после себя родительного падежа, поэтому в богослужебных книгах читаем: «Благовещение Пресвятыя Богородицы», но, при переводе названия на русский язык, необходим дательный падеж: то есть «Благовещение Пресвятой Богородице». Дореволюционные литургические книги соблюдали эту грамматическую корректность, чего, к сожалению, нельзя сказать о современных» (Рубан Ю. Благовещение Пресвятой Богородице. Л., 1991. С. 17). Действительно, в образцово выполненном параллельном (русском и славянском) издании текста службы находим два соответствующих языкам заголовка: «Благовещение Пресвятой Богородице (! – Ю. Р.). Служба на праздник Благовещения Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии» (М.: Изд. Моск. Синод. типографии, 1902). Но см. название в современных календарях на русском языке!??? За подтверждением я обратился к своему другу – известному слависту Александру Кравецкому, ведущему научному сотруднику Института Русского языка РАН (Москва), автору многочисленных научных работ, а также лучшего, на мой взгляд, учебника церковнославянского языка (совместно с супругой А. Плетнёвой). Он ответил: «Да, я совершенно согласен с твоим примечанием. Назвал бы это не ошибкой (ты впрямую и не называешь), а славянизацией не по разуму. Её сейчас ооочень много. – А. Кравецкий» (письмо от 15.III.2016).

Ю. Рубан

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Приложение

 
 

 

 

 

 

 

 

 


                                 А. Пушкин

Птичка

 

В чужбине свято наблюдаю
Родной обычай старины:
На волю птичку выпускаю
При светлом празднике весны.

Я стал доступен утешенью;
За что на Бога мне роптать,
Когда хоть одному творенью
Я мог свободу даровать!

                                Ф. Туманский

Птичка

Вчера я растворил темницу

Воздушной пленнице моей:

Я рощам возвратил певицу,

Я возвратил свободу ей.

Она исчезла, утопая

В сиянье голубого дня,

И так запела, улетая,

Как бы молилась за меня.

 

 

* * *

 

Евангельское чтение на Литургии

(Евангелие от Луки 1:24–38. – Зачало 3)

[Благовещение Пресвятой Богородице]

 

А после тех дней зачала Елисавета, жена его (Захарии), и пять месяцев скрывала себя от всех{*}. Она говорила: «Это сотворил для меня Господь в те дни, когда Ему благоугодно было снять с меня позор перед людьми».

А когда была она на шестом месяце, послал Бог ангела Гавриила в галилейский город, именуемый Назарет, к деве, обрученной жениху по имени Иосиф, из рода Давида; и было имя девы той Мариам (Мария).

И ангел, войдя к Ней, сказал: «Радуйся, Благодатная! С Тобою Господь!» Но Она сильно смутилась от его слов и стала раздумывать, что же значит такое приветствие. И сказал Ей ангел:

«Не страшись, Мариам, ибо Ты обрела милость у Бога:

и вот, Ты зачнёшь и родишь Сына, и наречёшь Ему имя: Иисус.

И будет Он велик, и назовут Его Сыном Всевышнего;

и даст Ему Господь Бог престол Давида, праотца Его,

И воцарится Он над родом Иакова вовек,

и Царству Его не будет конца».

И сказала Мариам ангелу: «Как же будет это, если Я не знаю мужа?»

И ангел сказал Ей в ответ:

      «Дух Святой сойдёт на Тебя, и Сила Вышнего осенит Тебя,

       потому Дитя Твоё будет свято и наречётся: Сын Божий».

Вот и Елисавета, родственница Твоя, в старости своей зачала сына, и тому уже шестой месяц, – а её называли бесплодной! Ибо нет для Бога ничего невозможного».

Тогда Мариам сказала: «Пред тобою – раба Господня; да будет со Мною так, как ты сказал». И удалился от Неё ангел.

 

{*} См.: Лука 1:4–23, – о благовестии священнику Захарии. Ангел возвестил о скором рождении у него сына Иоанна, будущего Предшественника (Предтечи) Мессии-Христа.

 

 

 
 


«ДНЕСЬ СПАСЕНИЯ НАШЕГО ГЛАВИЗНА…»

Название сегодняшнего праздника указывает на какое-то особое, неслыханное ранее «радостное известие», прозвучавшее единожды в мировой истории. Этим и объясняется отсутствие у наименования праздника уточняющего смысл подзаголовка (особенно в обиходной речи): произнося одно лишь слово «Благовещение», мы не боимся быть неверно понятыми, ибо «радостных известий» было много, но Благовещение случилось лишь однажды. Таким образом, название праздника «Благовещение Пресвятой Богородице» буквально означает: «Радостная весть [сообщенная] Пресвятой Богородице». Какая же радостная весть составляет существо праздника? Кто был вестником?

Из Евангелия от Луки мы узнаём, что немногим более двух тысячелетий тому назад в маленьком палестинском городке Назарете совершилось превосходящее наше разумение событие природа Бога соединилась с природой человека. Здесь жила скромная подданная римского императора Августа, юная Мария, к тому времени сирота. Она происходила из династии царя Давида, к которой принадлежал и Иосиф, хранитель девства Марии, пожилой вдовец, которому Она была обручена во исполнение традиции, воспрещавшей добродетельной женщине оставаться одинокой. Иосиф был беден, разумеется, не афишировал свое происхождение (это было смертельно опасно!) и вёл жизнь простого ремесленника.

Можно представить чувства юной Девы, Которой, во время отсутствия Иосифа, вдруг зримо предстал небесный вестник. Последовал диалог (смотрите евангельское чтение), из которого Мария узнала, что именно Её избрал Бог стать Матерью Своего пришедшего на землю Сына. Требуется лишь Её осознанное согласие. Дева Мария – Вторая Ева, как называет Её христианское богословие, – медлит, проявляя разумную осторожность, недостаток которой погубил первую Еву. Наконец, звучат слова: «Пред тобой – раба Господня; пусть осуществится во Мне то, что ты сказал».

О совершившемся в эти мгновения таинстве трудно говорить: любые слова кажутся непростительной дерзостью. Здесь пристало только благоговейное созерцание тайны: всем нам «удобее молчание (приличествует молчание)», как поётся в одном из богородичных гимнов.

Постараемся лишь понять главное: то, что занимает несколько строк евангельского повествования, подготавливалось всей историей ветхозаветного человечества, и в диалоге ангела и Девы Марии эта история обрела свой смысл и долгожданное завершение. Ветхий завет (что значит буквально «древний союз», «старый договор») Бога с человеком, имевший характер подготовительный и временный, отныне сменяется Новым Союзом со всем человечеством и на все времена.

Одними лишь своими силами человек не мог преодолеть глубочайшую пропасть, разверзшуюся между ним и Богом, ибо страшный удар, сотрясший его в незапамятные времена («грехопадение прародителей»), расколол его сверху донизу: от высшего сознания до телесной природы. Он перестал принадлежать Своему Создателю, а значит – и своему разумному «я». Потребовалась встреча и реальное соединение Божественной и человеческой природы через Боговоплощение. Только так могла быть возвращена в первозданное достоинство целостная природа человека. И в лице Марии человечество достигло высшей точки своего духовно-нравственного развития и очищения на путях восстановления первоначального Союза с Богом.

Незамеченным было явление Деве Марии вестника Небес, никто не слышал происшедшего между ними разговора. Ничуть не изменилась видимая жизнь после исчезновения ангела – ни в самом Назарете, ни, тем более, в горделивом Риме. Но как удивились бы жители огромной многоязычной Империи, если бы узнали, что именно в этом неприметном событии нашла свое оправдание и завершение вся история человечества от Адама и что их потомки станут отсчитывать Новую эру от Дня Рождения мальчика, Которого окружающие пренебрежительно называли «сыном плотника»!

«Сегодня – начало нашего спасения...», – поётся за богослужением. Продолжением его станет земная жизнь Богочеловека Иисуса Христа – «Второго Адама», а завершением – Тайная вечеря, Голгофа, возглас «Совершилось!», нисхождение во Ад, Тридневное Воскресение, Вознесение и сидение «одесную Отца».

Весенний народный обычай (имеющий древние месопотамские корни) в день Благовещения выпускать из клеток на волю пленённых птиц мелодически запечатлён в прекрасных стихах Александра Пушкина и Фёдора Туманского (†1853).

Литература: Рубан Ю. Благовещение Пресвятой Богородице. Л., 1991; Православная энциклопедия. М., 2002. Том V. С. 254–268; Шилейко В. Родная старина // Восток. Журнал литературы, науки и искусства. Кн. I . Пг., 1922. С. 80–81.

 

{*} Примечание. Древние христиане давали этому празднику разные имена: «Зачатие Христа», «Благовещение о Христе», «Начало искупления», «День приветствия», «Благовещение ангела Марии» и другие. Изначально он имел статус господского праздника, что и сейчас подтверждается совершением в этот день Евхаристической Литургии даже (!) в Страстную Пятницу. В отношении современного названия праздника мне уже приходилось писать: «В греческом и славянском языке слово «благовещение» требует после себя родительного падежа, поэтому в богослужебных книгах читаем: «Благовещение Пресвятыя Богородицы», но, при переводе названия на русский язык, необходим дательный падеж: то есть «Благовещение Пресвятой Богородице». Дореволюционные литургические книги соблюдали эту грамматическую корректность, чего, к сожалению, нельзя сказать о современных» (Рубан Ю. Благовещение Пресвятой Богородице. Л., 1991. С. 17). Действительно, в образцово выполненном параллельном (русском и славянском) издании текста службы находим два соответствующих языкам заголовка: «Благовещение Пресвятой Богородице (! – Ю. Р.). Служба на праздник Благовещения Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии» (М.: Изд. Моск. Синод. типографии, 1902). Но см. название в современных календарях на русском языке!??? За подтверждением я обратился к своему другу – известному слависту Александру Кравецкому, ведущему научному сотруднику Института Русского языка РАН (Москва), автору многочисленных научных работ, а также лучшего, на мой взгляд, учебника церковнославянского языка (совместно с супругой А. Плетнёвой). Он ответил: «Да, я совершенно согласен с твоим примечанием. Назвал бы это не ошибкой (ты впрямую и не называешь), а славянизацией не по разуму. Её сейчас ооочень много. – А. Кравецкий» (письмо от 15.III.2016).

Ю. Рубан

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Приложение

 
 

 

 

 

 

 

 

 


                                 А. Пушкин

Птичка

 

В чужбине свято наблюдаю
Родной обычай старины:
На волю птичку выпускаю
При светлом празднике весны.

Я стал доступен утешенью;
За что на Бога мне роптать,
Когда хоть одному творенью
Я мог свободу даровать!

                                Ф. Туманский

Птичка

Вчера я растворил темницу

Воздушной пленнице моей:

Я рощам возвратил певицу,

Я возвратил свободу ей.

Она исчезла, утопая

В сиянье голубого дня,

И так запела, улетая,

Как бы молилась за меня.

 

 

* * *

 

Евангельское чтение на Литургии

(Евангелие от Луки 1:24–38. – Зачало 3)

[Благовещение Пресвятой Богородице]

 

А после тех дней зачала Елисавета, жена его (Захарии), и пять месяцев скрывала себя от всех{*}. Она говорила: «Это сотворил для меня Господь в те дни, когда Ему благоугодно было снять с меня позор перед людьми».

А когда была она на шестом месяце, послал Бог ангела Гавриила в галилейский город, именуемый Назарет, к деве, обрученной жениху по имени Иосиф, из рода Давида; и было имя девы той Мариам (Мария).

И ангел, войдя к Ней, сказал: «Радуйся, Благодатная! С Тобою Господь!» Но Она сильно смутилась от его слов и стала раздумывать, что же значит такое приветствие. И сказал Ей ангел:

«Не страшись, Мариам, ибо Ты обрела милость у Бога:

и вот, Ты зачнёшь и родишь Сына, и наречёшь Ему имя: Иисус.

И будет Он велик, и назовут Его Сыном Всевышнего;

и даст Ему Господь Бог престол Давида, праотца Его,

И воцарится Он над родом Иакова вовек,

и Царству Его не будет конца».

И сказала Мариам ангелу: «Как же будет это, если Я не знаю мужа?»

И ангел сказал Ей в ответ:

      «Дух Святой сойдёт на Тебя, и Сила Вышнего осенит Тебя,

       потому Дитя Твоё будет свято и наречётся: Сын Божий».

Вот и Елисавета, родственница Твоя, в старости своей зачала сына, и тому уже шестой месяц, – а её называли бесплодной! Ибо нет для Бога ничего невозможного».

Тогда Мариам сказала: «Пред тобою – раба Господня; да будет со Мною так, как ты сказал». И удалился от Неё ангел.

 

{*} См.: Лука 1:4–23, – о благовестии священнику Захарии. Ангел возвестил о скором рождении у него сына Иоанна, будущего Предшественника (Предтечи) Мессии-Христа.