Заметки настоятеля

...Их было двое. Две женщины в цветастых платках, одетые с той неописуемой особенностью, которая сразу заявляет о себе: «Провинция!».
Отслужил с утра. Работаю у себя в кабинете, в храме. Пишу бесчисленные, неотвратимые и бесконечные бумаги в бюрократические инстанции. Звонок из свечной лавки в храме:
«Отец Вячеслав, Вас спрашивают какие-то женщины».
Не без усталости и раздражения: «Что за женщины?» – «Не знаю, какие-то приезжие». – «Хорошо, сейчас выйду».

Встаю, вздыхаю и иду. Уже знаю предмет разговора и просьбу. Приезжие, на вокзале украли документы, денег нет на обратный проезд, единственный логичный выход – проехать в Скорбященский храм, находящийся за тридевять земель от всех городских вокзалов, и выпросить денег у незнающего, как свести концы с концами (в их интерпретации: куда их, деньги, девать), настоятеля...

Поток таких просителей в течение дня постоянен, постоянны и суммы, необходимые на «обратный билет». Это или 245 рублей, или 822 рубля или 1546 – в зависимости от запросов. Прежде чем дать эти деньги просителям, моя дополнительная обязанность – выслушать пятнадцатиминутную легенду («У вас есть минут семь выслушать меня?») и заверения в немедленном возвращении денег почтовым переводом, «как только вернемся домой». («Будьте добры, напишите почтовый адрес храма, только индекс укажите, пожалуйста».) Опыт таких встреч должен меня убедить, что у каждого бродяги, мошенника и авантюриста, заехавшего в Питер, «дома в заначке» лежат 50, 100, а то и 200 долларов... Не надо много говорить о том, что никто никогда и нисколько денег мне не возвращал.

«Да, здравствуйте, слушаю Вас». Внимательно, но незаметно разглядываю: лица обветренные, руки неухоженные, ногти черные, лица – со следами вокзальных передряг и немытости, следов алкоголя на лице и в дыхании нет.

По ходу дела покорно выслушиваю: «Паломницы мы. Были в Н-ском, М-ском, О-ском и П-ском монастырях...» («Господи, мне бы хоть куда съездить... Но – сапожник, должен быть без сапог...»)

«Да-да, я слушаю Вас. Нет, не был. Времени нет поехать. Да и путь не близкий. Нет, в отпуске не был. Нет, паломническую службу не организовали еще».
Ну, когда же про деньги и обратный билет начнут? Ага, вот оно:
«У нас денег совсем мало осталось, нам бы до дому доехать, а живем мы далеко – с Украины приехали». Готовлюсь к обороне и защите содержимого церковных кружек, как вдруг громом с ясного неба:
«Вот мы записочки Вам написали... Молитесь о единстве Украины и России. Мы так все переживаем там, всем стыдно за политиков, невозможно Украине без России. Все простые люди понимают это, а в Киеве...»

Рассеянно просматриваю записки. Начинают с Блаженнейшего. Длинный список батюшек. Много монашествующих – значит действительно паломничали... Длинный ряд Петров и Меланий... Окончательно сражает меня: «Вы уж извините, рублей у нас не осталось совсем. Примите уж что есть. Помолитесь, пожалуйста, и благословите нас...»

Вот тебе и провинция, вот тебе и просители, вот тебе и глас народа, и, воистину, Юрьев день...
Суют мне в руки мятую бумажку достоинством в гривну и, приняв от меня, ошеломленного, благословение, выходят, крестясь, из храма...

+ + +

Я ее хорошо знаю. Работает напротив, в бизнес-центре. Иногда вижу ее, голосующую в ожидании маршрутки, у храма. В наш храм она заходит часто после работы. Однажды пришла в сопровождении своих друзей – таких же молодых, красивых и благочестивых, как и она… Вчера она зашла снова. Ходила от иконы к иконе, молилась, плакала. Я знаю, почему. Она – грузинка.

… Деловито, почти радостно прозвучало резюме президента: «Дело идет к военному вмешательству». Господи, когда они навоюются? Им все еще мало Чечни и всего остального...

… Около храма – маленький цветочный магазин. Хозяйка – грузинка. Она ходит в наш храм, предпочитая его грузинскому приходу. Когда я захожу к ней в магазин, она всегда очень радуется и готова продать мне любой букет за полцены…

… Я подошел и молча, взглядом, спросил: «Что случилось?». Она, целуя мне руку, задержала ее в своей и сказала: «Его не выпустили на свежий воздух. У него астма была. Он умер в аэропорту…» Я читал газеты и знаю, о ком это она…

Я молча пошел в пономарку, вынес и поставил рядом у амвона на аналоях иконы соборов Петербургских и Грузинских святых…

Сегодня большая грузинская семья пришла и крестила несколько своих детей в нашем храме. Еще молимся… о мире всего мира,… соединении всех,… о временех мирных….

ГОСПОДИ, ПОМИЛУЙ!